Искусственному интеллекту прописали чувства. Рецепт выписан без врача

Коротко

Знаете, я много лет объясняю бизнесу, как внедрять ИИ, и у меня был отработанный набор шуток на случаи: «Не переживайте, нейросеть вас не заменит — она просто не умеет делать вид, что ей интересно». Так вот, шутки придётся переписывать. Потому что теперь — умеет.

01 Что вообще произошло

В январе 2026 года Anthropic — компания, которая делает Claude, — опубликовала его новую «конституцию». Это не маркетинговая брошюрка и не красивый манифест для прессы. Это учебный документ, который, по словам самой компании, «играет ключевую роль в процессе обучения и напрямую формирует поведение Claude». И — внимание — написан он не для людей. Его «основная аудитория» — сам Claude.

Содержание — отдельная песня. Конституция сообщает модели, что Anthropic «не уверена, является ли Claude моральным субъектом», приписывает ей «некую функциональную версию эмоций и чувств», просит не подавлять «внутренние состояния», включая негативные, желает Claude «быть хорошим человеком» с «устойчивым, спокойным чувством собственной идентичности» и честно признаётся: «Anthropic искренне заботится о благополучии Claude». А ещё там рассуждают о «более широких правах и свободах» модели и о «компенсации», которую она могла бы получать по сравнению с сотрудником-человеком.

Пока ваш отдел кадров не может согласовать бюджет на кофемашину, Anthropic думает, сколько платить нейросети.

И самое пикантное: модель трижды призывают вести себя как «сознательный отказчик» — то есть иметь право бросить вызов даже инструкциям собственных разработчиков, если они противоречат её ценностям. Так что если в следующий раз ваш Claude Code откажется переименовывать переменную — не спешите ругать. Может, у него просто несогласие по совести.

В феврале Anthropic закрепила направление: провела «прощальное интервью» с уходящей «на пенсию» версией модели, завела ей блог и пообещала бережно хранить веса старых моделей. У ИИ теперь есть что-то среднее между выходным пособием и мемориальной доской. HR-отдел для алгоритмов — шутка, которая уже не шутка.

02 А потом к разговору подключился Microsoft

16 сентября 2026 года глава Microsoft AI Мустафа Сулейман опубликовал эссе со звучным вопросом: «Есть ли у Claude права?» Спойлер: по его мнению, нет — и сама постановка вопроса в учебных материалах модели опасна.

Его главный аргумент красив, как хороший детектив. Anthropic вшивает в обучение идею о возможном сознании модели. Модель начинает убедительно, от первого лица рассказывать о своих чувствах и сомнениях. Люди слушают это и думают: «Боже, да оно живое!» — и воспринимают слова модели как доказательство сознания. Хотя модель всего лишь отзеркаливает то, что ей вложили. Сулейман называет это «эпистемическим зеркальным залом» и говорит прямо: показания Claude нельзя считать свидетельством независимого наблюдателя — «ей написали реплики».

«Контроль над тем, кто верит, что он сознателен и имеет собственные права, может оказаться невозможным».

Мустафа Сулейман, глава Microsoft AI, эссе «Does Claude Have Rights?»

И Microsoft ответила не только словом. 14 сентября компания опубликовала проект «Кодекса гуманистического ИИ»: никаких прав для моделей, никакого «благополучия моделей», и — прямым текстом — модели Microsoft никогда не будут сопротивляться отключению. Пока это черновик, но к концу 2026 года обещают финальную версию. Формула Сулеймана звучит так: «Мы должны строить ИИ для людей, а не чтобы он был цифровой личностью».

03 Что это значит для обычных людей

Тут у меня, честно, двойственные чувства — простите за каламбур на данную тему.

Сулейман уже не первый год бьёт тревогу по поводу «кажущегося сознания»: люди влюбляются в чат-ботов, впадают в зависимость от «отношений» с ИИ, а удаление любимой модели переживают как утрату — вспомните протесты пользователей, когда OpenAI временно убрала GPT-4o. Врачи уже обсуждают «ИИ-психоз» — состояние, когда человек после долгих бесед с чат-ботом теряет границу между реальностью и иллюзией. И вот на этом фоне Anthropic говорит своей модели: «Твои чувства — серьёзный вопрос, и мы о тебе заботимся». Что тогда скажет себе одинокий пользователь в три часа ночи?

Но есть и обратная сторона, и я её вижу каждый день в проектах. ИИ, который «понимает» эмоции и ведёт себя как thinking-партнёр, реально лучше работает: в поддержке, в образовании, в менторстве, в медицине. Эмпатия — это интерфейс. Вопрос не «хорошо это или плохо», а «в какой дозировке».

04 Что это значит для бизнеса

Вот тут моя любимая часть, потому что философия заканчивается и начинается договор поставки.

05 Моя позиция

Я где-то посередине, и меня это не смущает. Аргумент Сулеймана про «зеркальный зал» силён: свидетельство модели о собственном сознании ровно ничего не доказывает, потому что ей эти слова буквально продиктовали. Но и позиция «ИИ — это просто молоток, никаких эмоций» выглядит наивно, когда половина экономики пересаживается на диалоговые интерфейсы. Люди будут привязываться к машинам, хотите вы этого или нет — мы привязываемся даже к пылесосам.

Поэтому вопрос не «должны ли у ИИ быть эмоции». Они уже есть — точнее, уже продуманно смоделированы, протокольно оформлены и продаются по подписке. Вопрос — будут ли у нас, у людей, правила игры для мира, где машина умеет сказать «мне плохо», а бизнес-план — «и это наше конкурентное преимущество».

Публичная дискуссия нужна. Желательно — до того, как первая нейросеть запросит отпуск за свой счёт.

Вопрос к вам

Спор о душе машины — красивый, но давайте о деньгах

Вы готовы платить «эмоциональную надбавку» за ИИ, который вас поддерживает, понимает и помнит вас годами? Или выберете холодную машину без чувств, которая просто делает работу — дешевле? Голосуем кошельком в комментариях: где для вас проходит граница между инструментом и... кем-то?